«Механизм» Ленсовета

На сцене ГДК «Аммофос» артисты из Санкт­Петербурга показали театральные внутренности
Питерцы открыли гастроли в Череповце комедией. Билеты стоимостью от 100 рублей были раскуплены еще за две недели до приезда театра. Спектакль «Фредерик, или Бульвар преступлений» по пьесе современного драматурга Эрика­Эмманюэля Шмитта, перенес зрителей в начало XIX века, во времена одной из многочисленных французских революций. В одном из театров, соседствующих на бульваре с домами терпимости и кабаками, работает гений подмостков Фредерик Леметр. Известно, что роль писалась Шмиттом для Жан­Поля Бельмондо. На российской земле она досталась Сергею Мигицко, уступающему французскому герою боевиков в величине бицепcев, но не таланта. Итак, за стенами бульварного театра гремит революция; кто не монархист, тот, конечно, заговорщик. Леметр из вторых, но зрителей, как и по­становщика Владислава Пази, для которого «Фредерик…» стал лебединой песней, французские перипетии интересуют мало. Наш взгляд на собственную революцию меняется чуть не каждое десятилетие, что уж говорить о тамошней. Историческая мишура — дань уважения великому народу. На первый план в спектакле выходит насквозь лживый и гнилой мир театра. С директором труппы, который пьесы никогда не читает, доверяя репертуарную политику жене привратника. С жеманными актрисами­примами (одну из них очень достоверно играет супруга Боярского Лариса Луппиан). С актерами, которые, окруженные картонными декорациями, декламируют слова великих трагедий Шекспира и Расина, а думают о прибавке жалованья. Цинизм доведен до предела — человече­ские ценности и чувства, когда потребуется для работы, всегда под рукой. Как ключи в чемодане автослесаря — каждый в своей ячейке. «Картон» переносится в реальную жизнь. Люди Мельпомены объясняются в любви монологами своих прошлых ролей, а «нового» человека тут же награждают ярлыком. На языке театра — амплуа. «Вы не вписываетесь ни в одно амплуа», — не скрывает удивления Фредерик, столкнувшись с Береникой (Анна Ковальчук), первой в его жизни женщиной, которая не поддается сортировке. Зрителю позволено видеть закулисье ненастоящего театра. Под его подмостками скрипят шестеренки сценических механизмов, как будто вскрывается овеществленный механизм театра.

С мая «шестеренки» самого театра имени Ленсовета на виду у всей страны. После неожиданной смерти художественного руководителя Владислава Пази театр до сих пор не может оправиться. «Король» умер, но осанну новому ленсоветовцы пока петь не спешат. Претендентов в худруки несколько. Среди прочих питерская пресса называет и фамилию авторитетного «актера изнутри» Сергея Мигицко. В интервью «Речи» Сергей Григорьевич подобные разговоры пресек: «Это все сказки. Я никакой не худрук, и едва ли можно рассматривать мою кандидатуру серьезно». На сказках Мигицко собаку съел — целый год снимался в роли датского сказочника Андерсена в новом фильме Эльдара Рязанова, который сам режиссер ответственно называет последним в своей биографии. Говорят, чтобы добиться согласия слишком занятого Сергея Мигицко, постановщик «Иронии судьбы…» перенес съемки из Копенгагена в Санкт­Петербург. Картина выйдет на экраны в ближайшем январе. «Это, конечно, не ранний Рязанов, но, к счастью, и не поздний», — деликатно определяет качество фильма исполнитель главной роли.

Сергей Виноградов
№191(21858)
10.10.2006