Криминал на коммунальной почве

Разборки двух соседей из­за затопления квартиры привели к тому, что один получил смертельные ожоги от разлившегося кипятка, а другой — срок.
Разобраться в этой истории суду было непросто. «Данное дело представляет большую сложность с точки зрения правовой оценки действий подсудимого», — выразил всеобщее мнение один из участников процесса. Даже представители стороны обвинения разошлись в позициях: прокурор сочла, что подсудимый совершил менее тяжкое преступление, чем ему вменялось изначально, а адвокат потерпевшей не согласился со своим «союзником» и настаивал на прежней квалификации.

Изначально преступление квалифицировалось по статье «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего».

Эта история произошла в минувшем феврале. Вкратце ее фабула, по версии следствия, выглядит так. Гражданин Донцов мирно спал в своей квартире и не ведал, что в его санузле прорвало трубу с горячей водой. Гражданка Баронова, соседка снизу, проснулась от шума льющейся с потолка воды. На разборки к соседу отправился ее сын. Разгневанный, он прихватил с собой палку. Известие «вы нас затопили» Донцов встретил с недоумением: «Не может быть», но в квартиру молодого человека впустил. Пройдя за хозяином к месту происшествия — в ванную, Баронов ткнул Донцова палкой в грудь, отчего тот, пожилой человек с больными ногами, упал. На пол, по которому разлился кипяток. (Диагноз, поставленный медиками, — термический ожог 40 % тела, опасный для жизни пострадавшего.) Молодой человек помог старику подняться, но о дальнейшей медицинской помощи и не подумал. Вычерпав воду, Баронов ушел. Его мать (она тоже поднялась к соседу) унесла орудие насилия — палку.

Больной одинокий старик пролежал в своей квартире с ожогами почти неделю — пока его не пришла проведать сестра. Она вызвала «скорую помощь». Врачам больного спасти не удалось, через неделю он скончался от полученных ожогов.

И сестре, и врачам «скорой помощи», и лечившему его хирургу, и сотрудникам милиции Донцов, объясняя обстоятельства получения травмы, излагал версию, приведенную выше. Баронов в ходе предварительного расследования отчасти ее подтвердил: в своем заявлении он написал, что пришел к соседу с палкой (значит, с намерением применить насилие). Но в судебном заседании он от своего заявления отказался, сославшись на давление правоохранительных органов, и вину не признал.

Свидетели происшествия дали разные показания. Прокурор, проанализировав все показания, сочла доказанным тот факт, что Донцов получил ожоги в результате удара, который нанес ему палкой Баронов. И смерть пострадавшего была следствием этих действий. Но умысла Баронова на причинение таких травм прокурор не установила: «Обстоятельства свидетельствуют о неосторожности подсудимого. Ударяя палкой в грудь, он не предвидел, но мог и должен был предвидеть возможность падения и получения ожогов. Конечно, толчок и удар палкой были умышленным действием. Но для квалификации всего преступления как умышленного необходимо, чтобы умыслом охватывалось не только применение насилия, но и наступление тяжких последствий». Прокурор переквалифицировала действия Баронова на статью «Причинение смерти по неосторожности». Участь его облегчилась: максимальный срок наказания снизился с 15 лет лишения свободы до двух лет.

Адвокат потерпевшей (сестры Донцова) настаивал на том, что Баронов совершил более тяжкое преступление: «Что значит «по неосторожности»? Вот если бы подсудимый случайно задел Донцова локтем и тот упал — это было бы по неосторожности. А здесь по­другому. Подсудимый взял палку, отправляясь к соседу. Значит, был умысел. На затопление ведь ходят не с палкой, а с тряпкой!»

Судья согласился с мнением прокурора и приговорил Баронова к полутора годам лишения свободы в колонии­поселении. А также обязал его выплатить 80 тыс. руб. потерпевшей в качестве возмещения материального и марального вреда.

P.S. Фамилии героев изменены.

Татьяна Тихонова
№185(21853)
03.10.2006