«Дноуглубительные» работы на сцене

В понедельник Северодвинский театр драмы открыл большие гастроли в Череповце. Новую версию горьковской пьесы «На дне» многие не поняли
Театр появился в городе вполне по законам жанра. Так уж в театре заведено — если ружье висит, обязано выстрелить. А если подлодка задействована… бабахнет и подлодка. В то время как на северодвинских стапелях учили «бабахать» подшефную Череповцу субмарину, которую ремонтируют уже более трех лет, между мэрами упомянутых городов состоялся телефонный разговор. Обсудив деловые вопросы, перешли к культурным. Спустя несколько месяцев размноженный итог этой беседы в виде театральной афиши согревал череповецкие стенки. И сердца заядлых театралов.

«Вообще­то, мы собирались в Яро­славль, но…» — говорит директор театра Алевтина Голубева. Поставить свое «но» перед любыми планами труппы — право городских властей. Северодвин­ский театр драмы — учреждение муниципальное, а посему его начальство сидит отнюдь не в кабинете директора. Ропота ни от Алевтины Голубевой, ни от режиссера Петра Гилева я не услышал: город понравился, предстал сравнимым с областным центром, из касс вроде бы тоже идут оптимистические известия — билеты стоимостью от 80 до 100 рублей расходятся бойко. Окупаемость гастролей в данном случае для северодвинцев дело не последнее, потому что помощь принимающей стороны ограничилась советом, где будет подешевле поселиться. «Аренда дворца достаточно крупная, проживание тоже дорогое. Надеемся отбить затраты», — признается директор.

Постановка горьковской пьесы «На дне», которой театр открыл гастроли, бесспорно, серьезный фундамент для надежды «отбить». В понедельник спектакль прошел дважды. Обоим показам сопутствовал аншлаг, многие обладатели пригласительных довольствовались приставными стульями. Лучшие места отданы старшеклассникам, за ручку приведенным педагогами городских школ. Быть востребованной, но несколько из­под палки — доля классики. Петр Гилев, режиссер «На дне» — спектакля, которого, кстати, еще не видели в Северодвинске, этому школьному культпоходу несказанно рад: «На первом просмотре ко мне повернулась женщина, по всей видимости педагог, и, не зная, кто я, возмутилась, как театр трактует образ Луки. После второго акта я уже сам спросил ее мнение. Женщина высказала уверенность, что несколько монологов мы вставили сами, что у Горького такого нет. Старшее поколение воспитывалось на несколько другом понимании этой пьесы. Чего греха таить, мы меньше читали оригиналов и больше критику. Соответственно, укоренилась масса штампов, с которыми надо бороться».

На передовую борьбы со штампами выдвинут Лука в камуфляжных штанах (старца играет безбородый актер средних лет), а также околоточный, который ходит в фуражке и кожаной куртке гаишника нашей с вами современности. Обитатели ночлежки иллюстрируют свою горькую судьбинушку негорьковской песней «Я начал жить в трущобах городских…» и поминают злую СЭС. Дескать, придет, полюбуется на грязь да и прикроет ночлежку. С периодичностью телерекламы звучит, прерывая действие и диалоги в самых неприспособленных местах, заунывный вокал шансонщика Трофима. Ему подпевают все, кого фонограмма застала на сцене. За два часа прогнали альбом целиком. И кажется, напутай звукорежиссер, засни на пульте и включи в том месте действия, когда проснулся, — никто бы, включая режиссера, того не заметил. Одного из главных персонажей, Сатина, герои упорно зовут с ударением на «и». И в этом тоже находка театра. «Дноуглубитель» Петр Гилев объясняет мне, что Сатин — не фамилия, а кличка. Между тем ударениями Горький не утруждался и мог назвать так и эдак. Сатин — материал такой, объясняет режиссер, с одной стороны шершавый, с другой гладкий. У персонажа то же с характером.

В остальном все по классике, все по букве. Артисты в большинстве своем, не сбрасывая священного облачения борцов со штампами, не скрывают знаком­ства с системой Станиславского. Особенно публике приглянулся молодой артист Михаил Прилуцкий, сыгравший «отравленного алкоголем» Артиста.

А по окончании вечернего «На дне» одна знакомая учительница жаловалась мне на «отравленность» иного рода: «Как я теперь буду им объяснять? У нас Горький на носу… После каждого слова придется говорить: «Помните спектакль? Так вот, у Горького это не совсем так».

Гастроли Северодвинского театра драмы продлятся до субботы, череповчан ждут еще несколько новых спектаклей.

Сергей Виноградов
№177(21844)
20.09.2006