По приднестровскому счету

В Приднестровье подвели итоги всенародного референдума, в ходе которого 97 % жителей непризнанной республики высказались за присоединение к России.
Время для референдума тираспольские власти выбрали как нельзя более удачно: только что после аналогичного плебисцита независимость обрела Черногория; на очереди в Европе — Косово. Российский президент Владимир Путин не раз указывал на то, что после признания независимости Косова жителям так называемых непризнанных республик на территории бывшего СССР (Приднестровья, Абхазии, Южной Осетии) будет очень трудно понять, почему им нель­зя сделать того, что позволено косовским албанцам. Аргументы представителей ОБСЕ и Евросоюза насчет того, что косовский случай — уникален, что ситуация вокруг Косова была спровоцирована этническими чистками, которые проводил кровожадный Милошевич, не стоят и ломаного гроша. Разве кровопролития в Бендерах, Сухуми и Цхинвали нельзя рассматривать как этнические чистки? Разница лишь в том, что одни зверства были прекращены в результате вмешательства НАТО, а другие — действи­ями России. К тому же известная резолюция Совета Безопасности ООН, одобрявшая введение иностранных войск в Косово, четко фиксировала суверенитет Югославии над этой территорией. Теперь, стремясь выбраться из весьма неудобной и двусмысленной ситуации, Евросоюз и США идут на то, чтобы в данном конкретном случае поставить принцип самоопределения выше принципа территориальной целостности. И для Кремля референдум в Приднестровье — это прежде всего предупреждение Западу: в случае признания независимости Косова откроется ящик Пандоры, и Россия с полным правом может удовлетворять прошения приднестровского, южноосетинского и абхаз­ского народов о воссоединении с большой Родиной. Пока же глава российского МИДа Сергей Лавров в высшей степени сдержанно интерпретировал итоги приднестровского референдума: «Во многом это стремление привлечь внимание к тому, что приднестровский конфликт не урегулируется и загоняется вглубь».

Сергей Бегляк
№177(21844)
20.09.2006