Череповец вдохновил Ельцина

Вчера в Москве хоронили первого президента России Бориса Николаевича Ельцина. Значение его личности, его вклад в историю страны — со знаком «плюс» или со знаком «минус» — теперь будет долго изучаться, обсуждаться и рядовыми гражданами России, и профессиональными политическими комментаторами.
Он громко пробивался к власти; показывал нам «загогулину»; стоял на танке в августе 91­го; вышвыривал Горбачева из политики вместе со всем Советским Союзом; как щенка бросал новорожденную страну в прорубь рынка; отдавал приказ стрелять по Белому дому; пьяным дирижировал оркестром в Германии и по причине той же «болезни» не вышел из самолета в Ирландии; танцевал, больной, в 96­м; сидел перед телекамерами под Новый, 2000­й, год, извиняясь, прощаясь и представляя своего преемника. Таким мы его запомнили. Столько разрушительного и созидательного мог сотворить человек могучей энергетики, которую я лично ощутил 30 апреля 1992 года в Череповце. Этот день Борис Николаевич провел в сумасшедшем темпе. Едва поспевающие за ним журналисты к концу дня валились с ног. А Ельцин до вечера казался бодрым и мгновенно реагировал на вопросы, которые, замечу, никакая пресс­служба заранее не фильтровала. Впрочем, вопросы задавали не только мы, но и простые горожане — у проходной ЧерМК, на пятой доме, стане «2000», в цехе холодного проката, на улице Монт­Клер, которая тогда, кажется, так еще не называлась. Следует отметить, что одну из главных своих политических войн Ельцин объявил в Череповце не случайно. Наш город в то время беззаветно любил Ельцина. Еще в марте 1991 года Череповец стал одним из пяти городов России, сказавших на тогда еще союзном референдуме «нет» СССР. Потом свободолюбивые и либерально мыслящие череповчане подавляющее число своих голосов отдали за самого Ельцина на президентских выборах. Словом, именно такая обстановка была нужна Ельцину для того, чтобы сказать: «Этот Съезд (народных депутатов) надо разогнать к чертовой матери». Через полтора года объявленная в Череповце война закончилась роковыми событиями октября 93­го, расстрелом парламента, переписыванием Конституции… С тех пор число разочарованных Ельциным только росло. Но добровольно покидая свой пост, он сумел предложить стране лидера новой формации, который уже исправил многие ошибки своего предшественника, оставаясь при этом таким же популярным, как Ельцин в 92­м.

Сергей Бегляк
№76(21991)
26.04.2007