Владимир Путин провел селекторное совещание с народом

В среду в полдень президент Владимир Путин в пятый раз общался с россиянами в прямом эфире. В течение трех часов он отвечал на вопросы сограждан, заданные при помощи всех известных ныне средств коммуникации.
Впервые Владимир Путин вышел на прямую связь со страной 24 декабря 2001 года и продержался в эфире 2 часа 20 минут. Передвижные станции для связи с Кремлем были установлены тогда в 10 городах России. В день своего теледебюта президент ответил на 47 вопросов из 400 тысяч поступивших. Больше всего россиян интересовали во­просы социального обеспечения.

В 2002 году президент занимал эфир центральных телеканалов на 20 минут больше и смог повысить продуктивность на три вопроса. Основную массу россиян, как и год назад, интересовали пенсии, зарплаты и общий уровень жизни. Следующее общение Путина с соотечественниками состоялось 18 декабря 2003 года. Тот эфир стал для президента рекордным: 2 часа 50 минут в эфире и ответы на 68 вопросов. Из них 10 вопросов касались личной жизни президента. 27 сентября 2005 года Путин вновь 2 часа 50 минут потратил на общение с россиянами из 11 городов и одного села. За это время он ответил на 60 вопросов, из которых 54 касались внутренней жизни страны и лишь шесть так или иначе затрагивали сферу внешней политики.

Таким образом, за пять лет телемост из Кремля превратился в самое популярное шоу с участием Путина. По данным апрельского опроса ВЦИОМ, эту форму общения российского лидера с народом любят 52 % россиян. Ежегодная большая пресс­конференция и ежегодное же послание парламенту в этом отношении значительно отстают.

На этот раз президенту по­ступило рекордное количество вопросов — 2 млн. 334 тыс. 43 (в два раза больше, чем в прошлый раз). Из них 2 млн. 236 тыс. 312 были заданы по телефону, 97 тыс. 731 (4,2 %) — через Интернет. Телемост­2006 длился 2 часа 54 минуты — столько же, сколько и в прошлом году. Владимир Путин ответил на 55 вопросов. В прямом эфире было задано 30 вопросов, восемь по телефону, три через Интернет и два — по­средством SMS. Еще два вопроса задали ведущие. Одиннадцать вопросов президент отобрал сам. Телекамеры были установлены в десяти населенных пунктах — стандартный показатель для таких телемостов. Так что по количественным параметрам президент не стремился ни к каким рекордам.

В качественном же отношении на этот раз доминировали глобальные вопросы. Никто не спрашивал (вернее, не отобрал вопросы) о семье, жене, дочерях президента. Никто не поинтересовался даже его любимой собакой Кони. Зато немало было глобальных формулировок. В Находке интересовались экологией и ядерными испытаниями в Северной Корее. Жителей Иркут­ска волновали вопросы безопасности полетов и стремительное сокращение хвойного древостоя в стране. Из Набережных Челнов создатели «КамАЗов» предлагали поддержать отечественное машиностроение и позаботиться об Абхазии, которая ничем не хуже Косова. А жительница Твери призвала президента не допустить превращения России в сырьевой придаток Запада.

Об общечеловеческом заговорил и житель села Подгородное Оренбургской области Аркадий Какаев, который, протолкавшись сквозь толпу к микрофону, прямо спросил у президента: «Мы все знаем, что вы после 2008 года уходите. Что будет с нами и страной?» «Все будет хорошо»,— успокоил гражданина Какаева Владимир Путин. Признавшись, что ему очень нравится нынешняя работа, он напомнил, что баллотироваться на третий срок ему не разрешает Конституция. При этом президент пообещал, что будет следить за страной и после 2008 года: «Мне удастся сохранить самое главное для человека, который занимается политикой, — ваше доверие. И используя его, мы сможем влиять на то, что происходит». Можно не сомневаться, что эта цитата даст новую информацию к размышлению для политологов и конспирологов всех мастей. Появятся сотни статей, в которых будут строиться гипотезы насчет того, каким образом Владимир Путин собирается влиять на Россию после 2008 года.

Уже после телемоста журналисты спросили президента, не готов ли он уже сейчас назвать имя своего преемника. «Я не говорил, что назову имя», — осторожно начал Путин. И объяснил, что все­таки его назовет: «Как гражданин России я оставляю за собой право выбора при голосовании, и я не считаю, что должен ограничивать свое право высказываться об этом в СМИ». В общем, «время подойдет, и я скажу».

Структурируя состоявшийся разговор президента с народом, можно выделить блок вопросов под условным названием «жалобы царю на плохих бояр». И президент, как показалось, на сей раз слегка подогревал эти настроения. Не раз и не два он высказывался в том смысле, что на федеральном уровне уже приняты хорошие законы, а вот, дескать, на местах коррумпированные чиновники продолжают изобретать способы «волокитить и обирать» россиян. Так, отвечая на вопрос жительницы Иркутска, которую не устраивает исполнение закона о дачной амнистии, Путин отметил, что этот закон направлен на то, чтобы «разбюрократить и снизить затраты граждан» на оформление дачных участков; призвал граждан «внимательным образом ознакомиться с законом и требовать его выполнения от местных властей».

Путин категорически не согласился с мнением некоторых чиновников, что обманутые дольщики в строительстве жилья сами виноваты. «Уверен, что это неверный подход. Власть обязана заранее подумать, чтобы такие ситуации не создавались», — заявил президент, отвечая на вопрос из Новосибирской области. А в ходе общения с жителями печально известной Кондопоги Путин сказал: «Власть, которая не может защитить своих граждан, не нужна». Напомнив жителям карельского городка об увольнении республиканского прокурора, руководства ФСБ и МВД, президент посоветовал: «Такие же решения должны быть приняты и на местном уровне. Жителей города так же, как и других муниципалитетов страны, прошу обратить самое пристальное внимание при голосовании за тех людей, которые претендуют на то, чтобы возглавлять те или иные органы власти и управления в муниципалитетах». Ну а последняя часть общения президента с кондопожцами вообще вызвала недоумение. Оказалось, что глава государства не может вызвать на ковер «местного воеводу». «Несколько раз пытался связаться с вашим руководителем — с председателем правительства Карелии — он то в самолете, то сейчас вот в отпуске, — признался президент, — но мы с ним на этот счет самым серьезным образом поговорим».

Впрочем, не только местные и региональные чиновники раздражают президента. «Заставь не очень умного человека Богу молиться, он рад лоб расколотить, — сказал президент о руководителях МВД, устроивших форменную охоту на грузин. — И я, конечно, не могу одобрить выборочные действия по этническому принципу. Наоборот, призываю и правоохранительные органы, административные органы не только воздержаться от этих действий, считаю, что эти действия недопустимы».

А когда речь зашла о разразившемся этим летом «рукотворном» алкогольном кризисе, глава государства, не стесняясь, охарактеризовал уровень правительства: «Чиновники и правительство... оказались неподготовленными, не учли все проблемы и весь масштаб работы, с которой они столкнулись, и своевременных должных мер по наведению порядка не приняли. Председатель правительства уделил огромное внимание этому вопросу, более того, скажу вам доверительно, хоть и на всю страну — пытался найти виновных и наказать. По­моему, так и не смог в конце концов этого сделать, потому что никто не хочет нести ответственность за неподготовленные решения».

С 2000 года президент Путин упорно строит вертикаль власти, чтобы сделать Россию управляемой. Ради этой цели он создал федеральные округа, направил туда своих полпредов и инспекторов, изгнал губернаторов из сенаторских кресел и лишил их чести быть избранными жителями регионов, создал уже не одну «партию власти» и превратил Госдуму в безотказный механизм по принятию нужных законов, равноудалил бизнесменов, построил журналистов и даже «общественников» поселил в подконтрольную Кремлю Палату. И после всего этого выясняется, что Россия по­прежнему неуправляема, а бюрократы всех калибров игнорируют президентские приказы. Конечно, можно предположить, что, кивая на нерадивость чиновников, президент пытается снять с себя ответственность за происходящее. Хотя с самого начала вся эта вертикаль власти задумывалась таким образом, что глава государства отвечает за все: от прокладки водопровода в кубанское село до установки новогодней елки в пригороде Биробиджана. «Миллион вопросов президенту могут задавать в том случае, если нет реального инструмента, чтобы решать эти вопросы там, где люди живут, — говорит политолог Дмитрий Орешкин. — Это значит, что неэффективна работа государ­ственного аппарата, за которую отвечает глава исполнительной власти».

Сергей Бегляк
№204(21871)
27.10.2006