Суд по делу Марины Буланой

Обвиняемая в получении взятки бывший начальник ФРС плачет, укоряя прокуратуру в недобросовестной работе
Бывший начальник отдела Федеральной регистрационной службы по Череповцу Марина Буланая, обвиняемая в уголовном преступлении, вчера давала показания суду. Виновной она себя не признает. Дей­ствия, которые следствие назвало получением взятки, подсудимая называет возвращением долга.

Двое подсудимых — две версии.Марина Буланая была взята под стражу в июне. Сразу после этого ее уволили с государственной должности. Как установило предварительное следствие, Марина Петровна получила взятку в размере 200 тыс. руб. за ускоренную регистрацию права собственности на объекты недвижимости ЗАО «Коксохимремонт». Около трех месяцев она провела в следственном изоляторе в ожидании судебного разбирательства. В обстоятельствах случившегося разбирается выездная коллегия областного суда.

Помимо Марины Буланой в деле есть еще один подсудимый — Олег Грачев, который, по данным следствия, был посредником при получении взятки. Он работает на предприятии «Череповец­металлсервис», занимается вопросами недвижимости. Ему вменяется в вину пособничество в совершении преступления.

Вчера оба подсудимых дали суду показания. Очень разные.

Версия 1:

цена помощи.Версия Грачева, который полностью признал вину, соответствует тому, что установили органы следствия. С Буланой он знаком более десяти лет, несколько лет работал специалистом в ее отделе. Их связывали не только профессиональные, но и род­ственные отношения: долгое время Грачев был гражданским мужем родной сестры Марины Петровны. Дружба закончилась, когда началось расследование.

— Занимаясь вопросами регистрации недвижимости, я неоднократно обращался за консультациями к Марине Петровне. Она очень хороший специалист, во многом мне помогала, — рассказывает Олег Грачев. — Примерно в конце мая этого года ко мне обратилась адвокат Ф., у которой возникли проблемы с регистрацией прав собственности на недвижимость. Она показала мне пакет документов, попросила помочь и спросила о цене вопроса. Я обратился к Марине Петровне за консультацией. Она сказала, какие ошибки есть в документах, что и как нужно исправить. Я передал ей слова адвоката о цене вопроса. Она сразу назвала: 250 тысяч рублей… 31 мая я встретился с Ф., она передала мне просьбу: уменьшить сумму на 50 тысяч рублей и дать возможность расплатиться двумя частями. Марина Петровна приняла условия. 2 июня у торгового центра «Новый век» мужчина, на которого работала адвокат Ф., передал мне пакет с деньгами (как выяснилось позже, там было 140 тысяч рублей). Я поехал к дому Марины Петровны, дождался, когда она вернется с работы, и отдал ей пакет. Она мне дала 15 тысяч рублей. 5 июня мне позвонила Ф., поинтересовалась насчет документов. Я сказал ей, что документы должны быть готовы.

7 июня мы встретились с тем мужчиной на том же месте. Он вручил мне оставшиеся 60 тысяч рублей, я положил их в карман и был задержан сотрудниками ФСБ.

Версия 2: «Он меня оговаривает». Марина Буланая, взявшая слово после Грачева, заявила, что виновной себя не считает, и так объяснила возникновение изложенной выше версии:

— Уверена, что Грачев вынужденно меня оговаривает, потому что боится своей ответственности. В прокуратуре, видимо, его сильно запугали. Видимо, за всем этим стоят очень влиятельные люди… Находясь в отчаянном положении в СИЗО, я понимала, что вся эта история связана с моей должностью. Она очень уязвимая. Объекты недвижимости часто находятся в споре между двумя сторонами. Регистратору приходится принимать в этом споре какое-то решение. Одна из сторон, которой отказывают в регистрации, остается недовольной. Иногда бывает даже очень боязно, потому что люди фигурируют в этих делах довольно влиятельные.

Буланая утверждает, что взятки не было — было возвращение долга, причем очень неожиданное. Как она поведала суду, Грачев частенько занимал у нее деньги. Она не жалела: у самой зарплата приличная, муж (он скончался год назад) занимался предпринимательской деятельностью и имел неплохой доход. А Грачев, по словам подсудимой (об этом же свидетельствовала и ее сестра), доходы имел небольшие, но привык жить не экономя и тратил деньги, как только они появлялись.

— Я даже сама ему предлагала деньги, когда он приходил и жаловался на судьбу. А расписки брать мысли не приходило, не думала, что потом придется доказывать, — сетует Марина Петровна. — Общий долг его составил примерно 120 тысяч рублей. Когда я решила поменять квартиру, так как не могла после смерти мужа жить в прежней, и вступить в долевое строительство, я намекнула Грачеву, что мне вскоре будут необходимы эти деньги. 2 июня он мне вдруг вернул эти деньги, чем, конечно, сильно меня удивил… И к моменту, когда в моей квартире производили осмотр, деньги, переданные мне Грачевым, я уже израсходовала. Следователям я выдала свои сбережения, поэтому изъятые купюры просто не могли быть предварительно переписаны и откопированы. Это сделали уже потом.

Олег Грачев вспомнил на суде только об одном долге (30 тысяч рублей), который, как заверил, вернул.

— А перед Новым годом, когда у тебя были проблемы с зубами, ты у меня на лечение в долг не просил? А когда квартиру свою обставлял? Олег, как ты можешь, бессовестный… — нервы подсудимой не выдержали, и она расплакалась.

Сестра Буланой также подтвердила, что Грачев постоянно занимал у подсудимой деньги.

— Когда следователь сказал мне, что я подозреваюсь в получении взятки, у меня был моральный шок. А когда он сообщил, что все это исходит от Олега Грачева, я была просто деморализована, долго не могла поверить в это, — плача, рассказывала из-за решетки в зале заседаний Марина Буланая. — Я была уверена, что следствие во всем разберется, что следователь будет досконально выяснять обстоятельства дела…

Татьяна Тихонова
№168(21835)
07.09.2006